Не исторический феномен, а живая, развивающаяся традиция. Борис и Елена Никитины

Образовательный кризис чаще всего проявляется в недоверии родителей школе.

Обычно этот кризис никто не замечает. Всем известно, что последствия отставания образования от реальных потребностей общества, экономики, технологий, демографии и всех остальных сфер жизни, проявляются не сразу, через десятилетия. Уж точно не в момент обучения ребенка в классе и тем более не в детском саду. Через много лет оказывается, что почти никто не умеет анализировать сложные явления, принимать правильные жизненные решения, принимать изменения, особенно технологические или экономические. Но это же через много лет!

Невидимый образовательный кризис ярче всего проявляется в эпоху перемен.

Когда в 90-е годы открылось окно возможностей, после перестройки социализм и советская власть уступили место начальном этапу накопления капитала и рынку, оказалось, что всеобщее образование не сформировало никаких полезных для этой жизни навыков. Поголовно образованные граждане попали в ситуацию выученной беспомощности.

Мы все не понимали, что происходит. Как становиться собственниками? Как начать свое дело? Как превратиться из наемных работников в предпринимателей? Что такое средний класс?

Никто даже не представлял, что это такое!

Советские навыки инфантильности, ожидания всего и вся от государства, полное отсутствие веры в себя, в свои возможности – результат советского образования, как ни крути. Как было: государство заботится о тебе. «Дало квартиру», «дало образование», «предоставило работу», «обеспечило здравоохранение», «позаботилось о старости». Это было понятно и комфортно, хотя и не всем дало, не совсем обеспечило и уж точно не обо всех позаботилось.

И граждане втайне не доверяли этой заботе и старались как могли заботиться о себе сами. Вот и семья Никитиных решила позаботиться о развитии своих детей самостоятельно. Но не втайне, а громко и на виду! Это был самый громкий вызов систем образования за все годы советской власти. Потому что семья Никитиных не ушла в лес, не закрылась в глухомани, а создала свой образовательный детский мир прямо у себя дома, на глазах у всей страны. Инженерное мышление Бориса Павловича и педагогический дар Лены Алексеевны построили систему развития детских способностей, потому что, по их мнению, система образования эти способности не развивала, а наоборот – заглушала. И среди огромного числа криков против этого семейного начинания не было ни одного, который бы оспорил этот базовый тезис: официальная система образования не развивает врожденные способности детей, а наоборот: из почемучек делает упрямых молчунов, из живых и подвижных энтузиастов – квелых и унылых, из энергичных – драчунов. Никто не оспаривал этот ключевой порок системы, искали научную несостоятельность или неподготовленность к школьному обучению…

И потом уже по прошествии многих лет еще спрашивали: «Ну что, кто-то из детей Никитиных стал нобелевским лауреатом?». Я отвечу так: «Не было такой задачи. Задача была – найти себя, а не стать кем-то».

Эта задача – выполнена.

Александр Адамский

Если представить семью военного инженера авиации и заведующей подмосковной библиотекой Бориса Павловича и Лены Алексеевны Никитиных, то в конце 80-х прошлого века, кажется, не было родителей, кто ни считал бы их революционерами в семейном воспитании.

Однажды они притащили пятерых из семи своих маленьких детей в главную аудиторию МГПИ им. В.И. Ленина (дети прыгали по рядам босиком и в одних трусиках). Борис Павлович на себе и на детях демонстрировал достижения своего замечательного эксперимента по выявлению и развитию природных способностей детей. Он говорил, что их семья не стремится сделать из них гениев, но создает условия для естественного раскрытия потенциала каждого ребёнка. Это был явный вызов тогдашней массовой школе, где все ученики двигались в стиле авторитарного обучения по единым программам, и с едиными требованиями к общим результатам образования. (Впрочем, сейчас разве не так?) Никитины же считали, что главное – поддерживать интерес, инициативу и внутреннюю мотивацию каждого ребёнка к ученью.

И что вы думаете? Абсолютное большинство слушателей той лекции в МГПИ им. В.И. Ленина решили, что Никитины сумасшедшие и что сами они никогда в жизни так своих детей воспитывать не будут. Просто никто тогда не понял главного. А это главное, как потом оказалось, называлось семейный уклад.

…Входишь в дворовую калитку к Никитиным, и сразу завораживает и увлекает особенный, ни с чем не сравнимый мир культурных предметов и человеческих отношений. Похоже на сон: бревенчатый дом с крыльцом и верандочкой. Среди сосен участка какие-то пристройки, насыпные горки, «гнездо» среди веток не для птиц, а чтобы дети туда забирались по канату.

Уклад жизни, в котором поощряется самостоятельность каждого, инициатива и личный выбор. Закаливание, раннее физическое развитие, за которое критиковали Никитиных, на самом деле было поддержкой природных способностей детей, о которых Борис Павлович читал в трудах великих ученых и педагогов прошлого. А свобода занятий и минимальное вмешательство в учебный процесс – это всё, чтобы каждый ребёнок мог сполна раскрывать свои способности и интересы.

Никитины обратили внимание на так называемый закон НУВЭРС – необратимое угасание возможностей эффективного развития способностей. Они считали, что чем раньше начинается забота о развитии, тем больше шансов раскрыть потенциал ребёнка. Эта идея и сегодня поддерживается многими специалистами по раннему детству.

Никитины были убеждены: если заставлять учиться, теряется интерес к познанию, а самостоятельное открытие мира гораздо важнее для взросления личности.

Но ведь именно такой подход к воспитанию детей в семье соответствует и современным прогрессивным образовательным трендам: семейным, Монтессори, Вальдорфским детским садам и школам, домашнему онлайн образованию, субъектным практикам. Не так ли?

А тогда в конце ХХ века время неумолимо летело вперед, и далеко не всем последователям Никитиных удавалось сохранить и передать своим детям педагогические идеи этой замечательной семьи. Подхватив внешнюю сторону их жизни и наполнив квартиры спортивными комплексами и развивающими игрушками, они свои семьи строили по-разному и часто совсем не по-никитински.

Вырастив собственных детей, клубные родители, особенно увлеченные педагогикой Никитиных, всерьез занялись детсадовским, а потом и школьным образованием и воспитанием. Однажды они пригласили Лену Алексеевну в детский садик, который организовали в Москве и которым гордились. Тогда только что вышла ее книжка «Мама или детский сад». Лена Алексеевна не пришла и даже, кажется, обиделась, посчитав, что ее последователи изменили семейной педагогике в пользу детского сада и школы. Но это было не так!

Просто ценности уклада жизни семьи Никитиных – саморазвитие, свобода, творчество, сотрудничество – постепенно становились уже тогда и становятся сегодня все более естественными для российского образования, а потому они и малозаметны, и обыденны невооруженному глазу.

Эти ценности не теряют свою актуальность и теперь, через 40 лет после выхода в свет Манифеста «Педагогика сотрудничества». Вот почему система семейного воспитания детей Никитиных – не просто исторический феномен, а живая, развивающаяся традиция, которая наверняка продолжит вдохновлять современных родителей и педагогов еще на много-много лет вперед.

Елена Хилтунен,

российский педагог, журналист и писатель